Das Wort / Слово

Arsenij Tarkowski

Das Wort

Das Wort ist nur die Hülle,
Bloß Haut und Laut im Grund,
An seltsam lichter Stelle
Pulsiert ein roter Punkt,

Puls schlägt, die Ader brennt,
Es glüht ein heller Strahl,
Doch daß dein Glück im Hemd
Zur Welt kommt, ist egal.

Das Wort im Zeitgeschehen
Hat Macht, jahrhundertalt,
Und gibt dir für dein Gehen
Allein das Dichten Halt:

Beschreibe nichts voraus,
Kampf, Liebe, im Gedicht,
Schließ Prophezeiung aus,
Den Tod ruf besser nicht!

Das Wort ist nur die Hülle,
Haut menschlichen Geschicks,
Für dich schleift jede Zeile
Das Messer im Gedicht.

Deutsch von Andreas Koziol, aus: Arseni Tarkowski, Poesiealbum 256. Berlin: Neues Leben, 1989, S. 13.

 
Das Wort

Das Wort ist eine Membran,
eine Hülle, ein seelenloser Laut.
Ein Punkt, ein Kern – irgendwann
pulst es als ein fernes Feuer auf.

Pochende Adern, ein Faden,
ohne dein Zutun keimt die Frucht,
arglos kommt, was einst dein Samen,
hüllenlos ans Licht.

Die Zeit erwählt dich
zum Dichter durch dein Wort;
und betrittst du Irrpfade,
führen sie von den Worten fort.

Schreib nicht im voraus
von Schlachten, Liebe
oder Prophezeiungen, schau
dem Tod ehrfürchtig ins Auge.

Das Wort ist bloße Verhüllung,
ein unfertig menschlich Fohlen,
jede Zeile in ihrer Verschwörung
wetzt die Messer im Verborgenen.

1945

Aus: Arsenij Tarkowskij, Reglose Hirsche. Ausgewählte Gedichte. Russisch und deutsch. Übersetzt und herausgegeben von Martina Jakobson. Edition Rugerup, Berlin/Hörby 2013. 156 S., € 19.90.

Тарковский Арсений

СЛОВО

Слово только оболочка,
Пленка, звук пустой, но в нем
Бьется розовая точка,
Странным светится огнем,

Бьется жилка, вьется живчик,
А тебе и дела нет,
Что в сорочке твой счастливчик
Появляется на свет.

Власть от века есть у слова,
И уж если ты поэт,
И когда пути другого
У тебя на свете нет,

Не описывай заране
Ни сражений, ни любви,
Опасайся предсказаний,
Смерти лучше не зови!

Слово только оболочка,
Пленка жребиев людских,
На тебя любая строчка
Точит нож в стихах твоих.

1945

Advertisements

ЖИЗНЬ, ЖИЗНЬ

Тарковский Арсений

ЖИЗНЬ, ЖИЗНЬ

I

Предчувствиям не верю и примет
Я не боюсь. Ни клеветы, ни яда
Я не бегу. На свете смерти нет.
Бессмертны все. Бессмертно все. Не надо
Бояться смерти ни в семнадцать лет,
Ни в семьдесят. Есть только явь и свет,
Ни тьмы, ни смерти нет на этом свете.
Мы все уже на берегу морском,
И я из тех, кто выбирает сети,
Когда идет бессмертье косяком.

II

Живите в доме – и не рухнет дом.
Я вызову любое из столетий,
Войду в него и дом построю в нем.
Вот почему со мною ваши дети
И жены ваши за одним столом, –
А стол один и прадеду и внуку:
Грядущее свершается сейчас,
И если я приподымаю руку,
Все пять лучей останутся у вас.
Я каждый день минувшего, как крепью,
Ключицами своими подпирал,
Измерил время землемерной цепью
И сквозь него прошел, как сквозь Урал.

III

Я век себе по росту подбирал.
Мы шли на юг, держали пыль над степью;
Бурьян чадил; кузнечик баловал,
Подковы трогал усом, и пророчил,
И гибелью грозил мне, как монах.
Судьбу свою к седлу я приторочил;
Я и сейчас, в грядущих временах,
Как мальчик, привстаю на стременах.

Мне моего бессмертия довольно,
Чтоб кровь моя из века в век текла.
За верный угол ровного тепла
Я жизнью заплатил бы своевольно,
Когда б ее летучая игла
Меня, как нить, по свету не вела.

1965

Die erste Strophe in der Übersetzung von Katja Lebedewa:

An Vorzeichen und Omen glaub ich nicht.
Hab keine Angst. Vor Giften und Gerüchten
Fliehe ich nie. Tod gibt’s auf Erden nicht.
Unsterblich alle. Und unsterblich alles. Fürchte
Den Tod mit siebzehn Jahren nicht,
Mit siebzig nicht. Es gibt nur Sein und Licht,
Nicht Finsternis noch Tod auf dieser Erde.
Wir stehn am Meeresrand schon lange Zeit,
Ich bin bei denen, die die Netze nehmen,
Wenn wie ein Schwarm zieht die Unsterblichkeit.

Auf Deutsch:

  • Poesiealbum 256, Verlag Neues Leben, Berlin 1989.
  • Auf der anderen Seite des Spiegels (russisch/deutsch), Verlag Volk und Welt, Berlin 1990.
  • Reglose Hirsche (russisch/deutsch), Edition Rugerup, Berlin 2013.

Mehr bei Planet Lyrik